Школьная форма и реформа: линии конфликта | АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЦЕНТР «ОБСЕРВАТОРИЯ ДЕМОКРАТИИ»

Школьная форма и реформа: линии конфликта

На сентябрь 2018 года Министерство образования и науки Украины планирует полномасштабный запуск образовательной реформы. Ключевое стратегическое направление школьной реформы, как следует из заявлений министерских чиновников, комментариев экспертов и педагогов – поставить ребенка в центр внимания. Это означает, что процесс получения образования должен стать максимально комфортным для учащихся. Один из важных показателей комфорта – ликвидация всех форм противоправного принуждения в школе. Одним из его векторов до сих пор остается административно-принудительное внедрение школьной формы. Очевидно, принятие нового закона об образовании, изменение философии школьного образования и активизация родительской общественности в направлении противодействия произволу школы должны снять остроту этой проблемы. Однако, как показывает анализ публикаций в родительских группах в социальных сетях, наблюдения и общение с родителями школьников, вопрос остается актуальным, а уровень недовольства родителей – высоким.

Анализ содержания публикаций за август 2018 года в группе «Батьки SOS» в «Facebook», которая насчитывает более 102 000 участников, свидетельствует, что вопрос школьной формы занимает третье место в ряду актульных после школьных поборов и буллинга. При этом, принуждение носить форму многие родители также вполне обоснованно рассматривают как элемент учительского буллинга. Всего за 10 дней августа 2018 года участники группы поделились 4-мя достаточно содержательными публикациями, авторы которых рационально-психологически или саркастически иронично обосновывают нецелесообразность школьной формы в современных условиях. Большое количество комментариев свидетельствует о том, что проблема волнует родителей. Анализ содержания комментариев и количество «лайков», которые получили публикации и комментарии «против» и «за» школьную форму позволяет составить общее представление об отношении родителей к навязыванию школьной формы. За это время публикации и комментарии против формы получили 1252 «лайка», а нейтрально-положительные – 68. Соотношение 18:1. Конечно, такой подсчет нельзя считать репрезентативным исследованием. Однако общее представление об отношении родителей к проблеме он дает. Мы уже исследовали вопрос внедрения школьной формы в ценностном аспекте, но интерес родительской общественности и активный поиск путей противодействия школьным стереотипам равенства указывает на целесообразность анализа проблемы в контексте идеологии школьной реформы.

О чем свидетельствует содержание родительских публикаций?

Исследование содержания родительских публикаций и комментариев дает основания для некоторых оптимистических выводов.

  • Большинство родителей не разделяют идею равенства в ее школьной интерпретации с акцентом на одежде. Они не только указывают на современные атрибуты неравенства в виде гаджетов и прочих благ, но и не демонстрируют одобрительного отношения к реализации школой функции обеспечения социального равенства.
  • Суть обсуждаемой проблемы заключается не в том, сохранить или отменить школьную форму, а в том, как противодействовать школе в попытке сохранить форму вопреки воле родителей и учеников.
  • Все больше родители обращают внимание на психологический ущерб для детей от депрессивной или однообразной одежды, указывают на ограничение свободы самовыражения ради искусственного насаждения коллективизма.
  • Проблему школьной формы родители пытаются рассматривать в правовой плоскости. Во-первых, стремятся выяснить, насколько правомерно она внедряется. Во-вторых – ищут правовые способы предотвращения или противодействия принуждению в отношении формы.
  • Значительно чаще, даже чем год назад, родители поднимают проблему равенства прав: почему учителя не ограничены в праве свободно выбирать стиль и цветовую гамму одежды, а ученики ограничены, причем, волей учителей. На публикацию о введении обязательной формы для учителей, которой поделилась в группе одна из участниц, большинство родителей отреагировали иронично. Однако этот вопрос имеет четко выраженный ценностно-идеологический и правовой аспекты. Ведь в демократических государствах и современных корпорациях законы и правила распространяются на всех граждан или членов корпорации. Только украинская школа сохраняет привилегированные и угнетенные группы. И тот факт, что некоторые родители вопрос школьной формы уже рассматривают в контексте правового равенства/неравенства учителей и учеников, вызывает оптимизм.
  • Родители положительно воспринимают базовую идею школьной реформы об удобстве и комфортности школьной среды для учащихся. Соответственно, вполне логично ставят вопросы о том, кто может определять, какая одежда удобна для учеников, кроме них самих и их родителей, почему администрация школы берет на себя эту «тяжелую и неблагодарную работу».
  • Некоторые комментарии учителей также направлены на поддержку свободного стиля ученической одежды, что свидетельствует об адекватном понимании ситуации и проблемы определенной частью педагогов.

Забьем «совком» «новую украинскую школу»

Баталии по поводу школьной формы поднимают вопрос о том, как же быть с будущими первоклассниками, которые придут в «новую украинскую школу». Ведь здесь все будет по-новому – методики преподавания, организация учебного пространства, направленные на развитие креативности, индивидуальности. Тогда форма не вписывается в идеологию «новой школы». Если не требовать формы от первоклассников, то и от других учеников ее требовать не логично. Или пусть учатся в «старой» школе? Ответ можно услышать на школьных базарах. В торговых центрах Харькова родители «незлым тихим словом» комментируют приобретение формы для будущих первоклассников. Показательный кейс: на рынке «Барабашово» женщина спрашивала у продавцов, есть ли форма «советского разлива» (синее платье с белым передником) маленького размера. На вопрос: «Зачем она Вам?» женщина хмуро ответила, что в школе сказали так прийти на праздник первого звонка.

Попробуем разобраться, насколько совместима идея обязательной школьной формы с главными целями образовательной реформы. Стратегическая цель реформы – сделать образование качественным, а процесс его получения – комфортным, превратить школу в институт гражданского общества. Именно в такой школе соискатели образования должны учиться быть субъектом власти. Идеологи реформы отмечают ее направленность на соискателя и его интересы, которые должны быть в центре внимания тех, кто предоставляет услуги. Таким образом, реформа должна приблизить украинское образование к европейскому. Относительно нашего конкретного вопроса стоит отметить, что в странах ЕС школьной формы нет. Она внедрена только в некоторых престижных британских учебных заведениях как признак принадлежности к определенному корпоративному учреждению. При этом не по велению администрации, а по решению родителей и учеников. Здесь сразу возникают вопросы о престижности и имидже тех украинских школ, которые прилагают титанические усилия, чтобы заставить учеников носить форму, а также о способах и механизмах принятия решений.

В июле и повторно в августе 2018 года в группе «Батьки SOS» участники опубликовали письмо МОН Украины с ответом на запрос ОО «Киевская городская организация «Батьки SOS». В нем отмечается, что «вопросы введения школьной формы регламентируются уставом школы и правилами внутреннего распорядка, которые разрабатываются самим учебным заведением». Однако это не снизило остроту проблемы. Ссылка на статью 28 Закона Украины «Об образовании», согласно которой участники образовательного процесса имеют право непосредственно и через органы самоуправления решать вопросы организации и обеспечения образовательного процесса также пока, судя по содержанию публикаций, не натолкнула родителей на эффективный путь решения проблемы. Поэтому, очевидно, есть необходимость подробнее разобрать суть этого ответа.

Новый Закон Украины «Об образовании», действительно, предоставляет учебным заведениям автономию в решении ряда вопросов. В этом письме за подписью заместителя министра дается пояснение в соответствии с законом и главными стратегическими направлениями образовательной реформы. Однако здесь и возникают ключевые вопросы: Что такое устав и правила внутреннего распорядка – догма или рациональные положения для эффективного решения конкретных проблем? Кто должен принимать и утверждать устав и правила внутреннего распорядка? Логика образовательной реформы указывает на то, что правила и уставы должны приниматься с участием соискателей образования. Об этом же говорится и в вышеупомянутом письме. То есть, в школе, в которой ребенок находится в центре внимания, только ученик и его родители должны решать, нужна им школьная форма или нет. Кто, кроме самого человека может решать, какая одежда для него удобна? Сегодня же мы имеем абсурдную ситуацию, при которой положения о школьной форме принимаются администрацией, путем «ломки через колено» легитимизируются на собрании чисто номинального совета школы и внедряются в принудительном порядке. Вопреки стратегии реформы, закону и здравому смыслу.

В своих требованиях школьные администрации иногда ссылаются на «нафталиновый» Указ Президента Украины № 417/96 от 12 июня 1996 года и соответствующее постановление Кабинета министров от 22 августа 1996 года. Петиция об отмене указа не набрала необходимого количества голосов. Поэтому формально он остается в силе. Здесь тоже есть своя абсурдность. Ведь, во-первых, указ не только явно устарел, но и прямо противоречит стратегии школьной реформы и новому Закону «Об образовании». Письмо-ответ от МОН Украины – прямое тому подтверждение. Во-вторых – признание устаревших норм утратившими силу – вопрос чисто технический. После принятия нового Закона «Об образовании» МОН Украины должно было направить Президенту Украины письмо с обоснованием необходимости признания указа утратившим силу. Это не требует петиции. К тому же, механизм петиций у нас пока чисто номинальный.

Идеологи школьной реформы пытаются адаптировать ряд элементов финской системы школьного образования. Правительственные чиновники подписали ряд соглашений о содействии во внедрении реформы с финскими учреждениями. Но ценности свободы и прав человека, черты культуры гражданственности невозможно наложить на «совковые» стереотипы и подданническую культуру. Поэтому без осознания философии финской и европейских систем образования, школьную реформу постигнет судьба «Болонской системы», результат внедрения которой преподаватели ВУЗов «уважительно» назвали «болванской».

Корпоративная униформа или корпоративный бизнес?

В некоторых гимназиях и лицеях внедряют свою ученическую форму. Посетили один из харьковских магазинов такой корпоративной школьной формы на улице Сумской. Вещи, которые выглядят на фото более-менее приемлемо, на самом деле оказались весьма неприглядными. Цена, как минимум, в два раза выше, чем на вещи аналогичного качества на вещевом рынке. Предлагаемый набор школьной формы стоит 2500 – 3000 грн. Мамы жалуются на низкое качество рубашки стоимостью 449 грн., которая после второй стирки превращается в тряпку. Другие составляющие тоже не лучше. Платье темно-синего цвета, однотонное, выглядит депрессивно. На вопрос о том, с согласия ли родителей внедрялась школьная форма и разрабатывались ее модели, ответы звучат скептически-саркастические. Но удивляет другое. Родители, которые не удовлетворены принуждением к приобретению формы, соотношением ее цены и качества, больше всего возмущаются тем, что формы нет в наличии (продавец объясняет, что ткани «застряли» на таможне, поэтому нашить производитель не успевает), а с 1 сентября необходимо приходить в школу в форме. Первая эмоциональная реакция: почему бы такую ​​же форму не ввести и для учителей? Ведь они тоже члены коллектива и носители корпоративной культуры, да и принцип равенства прав и возможностей будет реализован. А еще возник вопрос о возможной бизнес-составляющей такой корпоративной культуры.

Выводы и рекомендации

Внедрение школьной формы в принудительном порядке прямо противоречит базовым демократическим ценностям и правам ребенка, стратегии школьной реформы и нормам Закона Украины «Об образовании».

Активность родительской общественности в обсуждении вопроса и поисках путей противодействия принудительному внедрению школьной формы свидетельствует об активизации процесса перехода родителей от роли объекта власти школьной администрации и молчаливого спонсора школы к роли полноправного участника принятия решений.

Попытки школьных администраций приказным порядком сохранить форму и заставить даже первоклассников ее носить свидетельствует о доминировании «совковых» стереотипов, о непонимании или категорическом неприятии целей и задач школьной реформы.

Пояснение в письме МОН Украины относительно того, что «вопросы введения школьной формы регламентируются уставом школы и правилами внутреннего распорядка» не означает, что устав и правила принимаются администрацией, хотя в реалиях это пока так. Для принятия решений необходимо становление действенного института школьного самоуправления. С решения вопроса о школьной одежде можно и начать формирование реального самоуправления в школе и воспитание гражданских качеств у участников учебного процесса.

Министерство образования и науки Украины должно осуществить все необходимые меры для отмены нормативных актов, противоречащих Закону Украины «Об образовании». Необходима также более широкая информационная кампания по разъяснению стратегии школьной реформы, в частности, относительно соответствия ей внедрения школьной формы. Целесообразным выглядит и направление письма от МОН Украины в общеобразовательные учебные заведения с рекомендациями относительно возможных механизмов и четким запретом административно-приказного внедрения школьной формы.

Ориентация на удобство для учащихся, на их физиологический и психологический комфорт и позитивное настроение, на демократические ценности и права человека указывает на целесообразность отказа от школьной формы. Наиболее приемлемой выглядит свободная форма одежды. При этом возможно установление четких ограничений как результат «общественного договора» в рамках конкретной школы. Ведь в демократическом государстве действует принцип: «Разрешено все, что прямо не запрещено законом».

Вторым приемлемым вариантом может быть внедрение корпоративного дресс-кода, общего для всех членов корпоративного учреждения – учеников, учителей и работников школы.

Ученики и родители, от которых администрации школ требуют школьную форму в обязательном порядке, вполне обоснованно могут потребовать внедрения формы и для учителей. Ведь ключевой принцип демократии – равенство прав и возможностей. И корпоративная культура и имидж школы, на которые часто любят ссылаться учителя, также требуют одних правил для всех. Поэтому от иронии стоит переходить к аргументам с точки зрения права и закона.

Единственный легитимный способ, с помощью которого может быть внедрена форма – школьный плебисцит. Поскольку решение касается учеников и имеет целью «создать для них удобную среду», то и принимать его должны ученики и их родители. Голос администрации и учителей должен быть совещательным, если речь идет только о форме для учащихся. Если речь идет о форме и для учеников и для учителей – тогда полноправными участниками плебисцита становятся учителя, ученики и родители. Можно предложить два способа принятия решения. 1. Школьный референдум. 2. Голосование в классах с протокольной фиксацией результатов и общешкольное голосование, на котором делегаты от классов представляют решение своего класса, принятое большинством голосов.

Преимущества от такого пути очевидны:

  • школа продемострирует действительно демократичность в принятии решения, понимание и поддержку стратегии школьной реформы;
  • ученики и родители продемонстрируют субъектность;
  • это станет реальным практическим уроком в обучении демократии и в формировании гражданской компетентности для всех участников учебного процесса.

А еще вероятнее, что у администрации и учителей вообще пропадет желание заставлять носить школьную форму, особенно, если правило будет касаться и их самих.

Сегодня формула корпоративной школьной формы выглядит аномально: демонстрация престижности = принудительно-добровольное внедрение + низкое качество + высокая цена + отсутствие выбора + ограничение прав учащихся + воспроизведение школьного группового неравенства + воспитание подданнической культуры. Если же школа действительно имеет признаки престижности, и не только в высказываниях учителей, но и в сознании учеников, стоит им дать возможность самим предложить и выбрать способы демонстрации своей престижности. У них достаточно креативности, если школьная форма ее еще не уничтожила.

При условии, что школьная форма все же внедряется по воле родителей, следует избегать монополии. Также целесообразно разработать только базовые модели одежды. Родители должны оставить за собой право модифицировать их так, как это удобно для ребенка, изготавливать одежду индивидуально из тех тканей, которые соответствуют их критериям качества. Ключевой ориентир – удобство для учеников и родителей, возможность выбора, а не обеспечение работой производителя одежды. Также не следует забывать о главном принципе корпоративной культуры и имиджа: формальные и неформальные требования распространяются на всех членов корпорации. В таком варианте наша формула примет совершенно другой вид: легитимное внедрение + добровольное согласие выполнять совместно принятое решение + реализация права выбора + соблюдение принципа равенства прав + воспитание активистской гражданской культуры = положительный имидж учебного заведения.

Светлана Топалова

Аналитический центр «Обсерватория демократии»

Опубликовано на информационно-аналитическом портале «Хвиля»