В режиме карантина: тренды харьковской политики (март 2020) | АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЦЕНТР «ОБСЕРВАТОРИЯ ДЕМОКРАТИИ»

В режиме карантина: тренды харьковской политики (март 2020)

Противоэпидемические мероприятия, введенные правительством в марте для предотвращения распространения коронавируса, стали в Харькове делом политическим и осветили те грани внутриэлитного противостояния, которые в предыдущие месяцы носили завуалированный характер. Как эти меры повлияли на местный политический расклад, кто из харьковских политиков выиграл, а кто проиграл в «карантинной» коммуникации с электоратом, и какое значение имеют мартовские политические тренды в ракурсе будущей избирательной кампании – в очередном мониторинговом обзоре от Аналитического центра «Обсерватория демократии».

«Карантинный» кейс харьковской политики: скандальная борьба «штабов»

Постановлением Кабинета Министров Украины № 211 от 11 марта «О предотвращении распространения на территории Украины коронавируса COVID-19» был введен карантин во всех областях. В последующие недели это стало главной темой СМИ и предметом имиджевой борьбы политиков как всеукраинского, так и регионального уровней. В Харькове «карантинный» кейс приобрел особую остроту, а противостояние развернулось между мэром города Геннадием Кернесом и бизнесменом Александром Ярославским – с одной стороны, и губернатором Алексеем Кучером – с другой.

Предпосылкой объединения Кернеса и Ярославского в «противовирусный» тандем стало их примирение после нескольких лет вражды, которое произошло еще в январе и было публично освещено совместным фото в Facebook с новогодней вечеринки. Вероятно, поводом возобновления их «дружбы», как и в 2012 году, стали определенные бизнес-интересы. В течение января-февраля направления их сотрудничества не афишировались, а вот в марте деятельность тандема была представлена как социально ответственные усилия по защите города от коронавируса.

Впрочем, Кернес начал «коронавирусную» борьбу за симпатии электората самостоятельно, а Ярославский присоединился позже. 11 марта, сразу после появления первых сообщений о намерении Кабмина ввести в стране карантин, Кернес заявил, что Харькову карантин не нужен, ведь эпидемиологическая обстановка в городе нормальная.

Хотя СМИ сразу же распространили это заявление с комментариями о начале противостояния харьковского мэра и правительства, вряд ли Кернес имел намерение действительно идти вразрез с официальным решением. Он сделал свое заявление вечером, когда от Кабмина в инфопространстве появились только «заявления о намерениях». А само официальное постановление о карантине вышло ночью, и уже на следующий день Харьковский городской совет объявил о его выполнении и введении карантина в городе. Так же поступил Кернес и относительно инициирования Президентом закрытия метро в крупных городах: сразу после озвучивания Зеленским 16 марта этого намерения Кернес завил, что метро в Харькове и дальше будет работать, а через два дня, когда вышло соответствующее распоряжение правительства, горсовет его быстро выполнил. То есть, никаких официальных постановлений Кернес своими заявлениями не нарушал.

Очевидно, что его демарши имели другую цель: традиционную для него в кризисных ситуациях демонстрацию центральной власти «кто в городе хозяин», а электорату — что в Харькове ситуация стабильная и под контролем «лучшего хозяйственника». Так было неоднократно в прошлом: во время политических кризисов 2004 и 2014 годов, когда Кернес выступал участником и организатором одиозных региональных «съездов» с месседжами об «особой харьковской власти».

Что касается Александра Ярославского, то он активно включился в «карантинный» кейс с 16 марта. На общенациональном уровне бизнесмен продемонстрировал сотрудничество с Президентом, на международном – привлек к помощи Украине китайского миллиардера, основателя компании Alibaba Group Джека Ма, а на Харьковщине выступил в союзе с Геннадием Кернесом.

Вечером 16 марта, после проведенной в Офисе Президента встречи с представителями крупного бизнеса из всех регионов Украины, в программе «Свобода слова» Владимир Зеленский сообщил, что по просьбе Ярославского его друг Джек Ма решил выделить Украине 80 млн. долларов на закупку миллиона экспресс-тестов на коронавирус, и вскоре они будут доставлены. А на следующий день было объявлено, что Ярославский назначен председателем харьковского антикризисного штаба для борьбы с коронавирусом и аккумуляции средств на переоборудование больниц. В штаб также вошли Кернес и Кучер. 17 марта в гостинице Ярославского Kharkiv Palace состоялась их совместная встреча. По результатам Кернес сообщил, что Ярославский выделит собственные средства на закупку 200 тыс. тест-систем для выявления коронавируса. А сам Ярославский сказал, что уже вложил в борьбу с вирусом 3 млн. долларов и призвал других харьковских бизнесменов присоединяться к меценатству, отметив, что затем будут обнародованы списки тех, «кто дал и кто не дал».

Уже в эти два дня между Кернесом и Ярославским – с одной стороны, и Кучером – с другой, наметились трения, которые вскоре переросли в открытый конфликт. Кучер, очевидно, хотел перехватить инициативу руководства штабом, ведь накануне встречи 17 марта сообщил, что она состоится в стенах ХОГА. А по факту ему пришлось идти «в гости» к Ярославскому.

Но наиболее скандальным эпизодом противостояния сторон стало заседание «антикоронавирусного» штаба 19 марта, которое состоялось в Kharkiv Palace с участием большинства харьковских бизнесменов и на которое Кучер сам не пришел, а прислал своего заместителя Тараса Пастуха. Суть заседания свелась к двум темам: во-первых, – сбора денег с местных бизнесменов на закупку необходимого для борьбы с эпидемией оборудования и материалов (было сообщено, что не хватает 2,4 млн. грн.), а во-вторых, – заочной «травле» Кучера, который своим отсутствием на заседании очень разозлил Ярославского и Кернеса. Претензии к губернатору формулировались в духе риторики «братков из девяностых»: «собрались уважаемые люди», «подвел людей», «договаривались», «кого он в области знает?», «посмешище, а не губернатор». Кстати, Кернес не забыл упомянуть и об отсутствии на собрании Александра Фельдмана, – мол, все бизнесмены пришли бороться с вирусом, а его нет.

Почему отсутствие Кучера на заседании вызвало такую бурную реакцию Ярославского и Кернеса – становится понятным, учитывая цель этого заседания – сбор денег с бизнесменов. Очевидно, губернатор нужен был для большей легитимации процесса. Ведь, учитывая одиозность фигуры мэра и его неоднозначную репутацию, «благотворительные» сборы с заранее определенными суммами от каждого и дальнейшее распределение средств вызывают много вопросов. Тем более, что «антикризисный штаб» – структура неофициальная и прописанных полномочий по аккумуляции средств не имеет.

На следующий день Алексей Кучер не менее бурно и эмоционально объяснил свое отсутствие на заседании тем, что штаб Ярославского — Кернеса – это фикция и шоу, никаких полномочий не имеет, а единственным настоящим штабом в борьбе с коронавирусом является тот, который работает в стенах ХОГА под руководством губернатора. Сбор денег 19 марта он назвал публичным вымогательством. А Ярославского обвинил в том, что он хочет привлечь своего брата для поставок медоборудования и пытается давать советы областной власти по распределению бюджетных средств. А также выразил удивление, почему именно Ярославского Зеленский назвал главой штаба по борьбе с вирусом в Харькове. О роли бизнесменов в противодействии эпидемии отозвался в том духе, что денежные пожертвования – дело добровольное, а не принудительное. И привел примеры такой помощи со стороны Александра Фельдмана, Дмитрия Шенцева и компании UBC.

Таким образом, в Харькове фактически начали действовать два «штаба» по борьбе с вирусом, а сам «карантинный» кейс стал предметом противостояния и информационной войны оппонентов. После 19 числа местный электорат регулярно узнавал все подробности распри местной «элиты»: кто из них «клоп», «моль» «танк» или «трактор», кто – «деструктивный элемент» «коррупционер», «недоразумение», на кого будут заведены уголовные дела, кого скоро «раздавят» и тому подобное.

Но отчетов общественности относительно реальной подготовки системы здравоохранения города и области к возможной эпидемии, а экономики региона – к её последствиям ни из одного, ни из другого «лагеря» предоставлено не было. Как и не наблюдалось систематической публикации чеков, которые показывали бы, на что именно тратятся собранные с бизнесменов средства (общепринятая практика инициативных групп, которые собирают пожертвования на определенные цели). Лишь единичные случаи «отчетов» о благотворительности имели место. Например, Геннадий Кернес обнародовал у себя в Telegram-канале чек о покупке наркозно-дыхательного аппарата за 2,6 млн. грн. А Юрий Сапронов разместил на своей странице в Facebook чек приобретения системы ультразвуковой диагностики за 490 тыс. грн. Сапронов дополнил фото благодарностью Ярославскому и другим бизнесменам за помощь городским больницам и саркастическим замечанием в сторону их оппонентов.

В принципе, существование двух разных «штабов спасения» для харьковской медицинской системы, местного бизнес-сообщества, а также и для политиков – руководителей штабов могло бы быть неплохим вариантом. Во-первых, это бы создало между ними конкуренцию с необходимостью поиска наиболее эффективных методов работы, достижения цели и презентации результатов, во-вторых, для бизнесменов это была бы возможность избежать безальтернативности формата участия в помощи городу, и в-третьих, с прицелом на будущие выборы (прежде всего, это касается Кучера) позволило бы работать на свой рейтинг и формировать сильную команду. В политике, как и в бизнесе, наличие конкуренции – это стимул для развития и совершенствования, в отличие от «топтания» в привычных безальтернативных схемах.

Но Кучер уже через неделю «включил заднюю» в противостоянии с конкурирующим «штабом». 23 марта он заявил, что обсудил ситуацию с Ярославским, и считает, что нужно отбросить эмоции и действовать совместно для борьбы с вирусом. А также удалил свой гневный пост относительно оппонентов.

А 24 марта Кучер, Ярославский и Кернес встретились на брифинге в ХОГА и обсудили достигнутые каждым результаты деятельности. Также присутствовали некоторые местные чиновники и народные депутаты (в частности, Фельдман и Шенцев), руководители силовых ведомств области. Кучер отметил, что актуальной задачей сейчас является поддержка промышленности и сельского хозяйства области. Кернес сообщил, что с бизнесменов было собрано 2 млн. 200 тыс. грн., которые направят на закупку необходимого для больниц оборудования и средств защиты от вируса. Также чиновники рассказали, какова ситуация с доставкой в Харьков уже закупленного: в город прибыло 450 тысяч тестов, приобретенных за средства государства и Ярославского; аппараты искусственного дыхания проплаченны, но застряли на польской границе; подготовлено 740 койкомест для коронавирусних больных. А Ярославский сказал, что уже помог городу финансово, а дальше будет держаться на связи.

Сомнительно, что стороны конфликта пошли на публичный диалог по собственной инициативе. Скорее, здесь сыграли роль внешние факторы в виде однозначных рекомендаций (а возможно – принуждения) со стороны более влиятельных политических субъектов.

Несмотря на то, что уступить и пойти на «перемирие» вынуждены были оба конфликтующих лагеря, слабой стороной в «карантинном» кейсе выглядит Алексей Кучер. Прежде всего, потому, что не нанес «упреждающего» информационного удара относительно известных ему заранее планов Ярославского и Кернеса и позволил затянуть себя «под каток» их агрессивной риторики.

А его непоследовательные посты в Facebook, в которых он то хвалит Ярославского в первый день создания штаба, то критикует его и Кернеса после скандального заседания 19 марта, а затем удаляет публикации и призывает к примирению, только усилили в глазах электората впечатление о слабости и несамостоятельности политической фигуры губернатора. В этой ситуации Кернес презентует себя выгоднее – на вопрос журналистов о свои критических относительно Кучера постах он сказал, что это было в прошлом, но что написал – то написал и от своих слов не отказывается.

«Внештабная» активность харьковских политиков и общественных деятелей в «карантинном» кейсе

Над получением имиджевых дивидендов в рамках «карантинного» кейса в марте работали не только «штабы» Кернеса-Ярославского и Кучера. Другие местные политики и общественные деятели также проявляли активность, по уровню которой можно сделать предположение, кто из них и в какой мере готовится к местным выборам.

Так, Александр Фельдман, следуя своему традиционному образу мецената, после закрытия властями метро запустил бесплатные автобусы по внутригородским маршрутами и для подвоза людей из пункта пересечения границы «Гоптовка» в Харьков. А также пообещал развернуть 4 площадки с палатками для больных, предоставить от концерна «АВЭК и Ко» помещения и оборудование Медицинского центра «Интермед» и спецтранспорт, если у областного «антикоронавирусного» штаба будет в этом потребность, и уже нашел «цеховиков», которые готовы шить от 70 тыс. масок в день для последующей бесплатной раздачи, но проблема — в поставках ткани.

Представители «правых» политсил, в частности Константин Немичев и харьковское отделение ВО «Свобода», сосредоточились на волонтерской помощи гражданам. Немичев участвует в инициативах «Попутчик Харьков / Подвези Медика» и «Харьков SOS. Волонтеры». В рамках первой инициативы координируются желающие бесплатно подвозить медработников и других граждан на работу в условиях транспортного коллапса, а вторая привлекает волонтеров для доставки продуктов пожилым людям. Местная «Свобода» во главе с Игорем Швайкой в рамках акции «Безпека вдома, а ми — допомога» также организует добровольцев для помощи пожилым харьковчанам в доставке на дом продуктов, лекарств и других необходимых товаров, выгуле собак и помощи в онлайн-оплате коммунальных услуг.

Андрей Лесик в рамках всеукраинской благотворительной инициативы «ОПЗЖ» «Мы помогаем» передал Харьковской инфекционной больнице № 22 медицинские кровати и матрасы, которые сам привез и разгрузил.

Анатолий Родзинский, который в последнее время заметно активизировался в соцсетях и на местном телеканале, 16 марта провел собственную «антивирусную» акцию под стенами горсовета: раздавал бесплатные медицинские маски (за что был раскритикован, так как спровоцировал потенциально опасное для распространения вируса скопление пенсионеров). А 19 марта пришел на скандальное заседание кернесовского штаба, но был выведен оттуда охраной.

Кроме этих акций, как Лесик, так и Родзинский использовали «коронавирусную» тему для критики действующей власти: первый (следуя «линии партии») сосредоточился на ЗеКоманде, а второй (помня «старые счеты») — на горсовете и Геннадии Кернесе.

«Харьковский антикоррупционный центр» сконцентрировал основное внимание на скурпулезных подсчетах расходов бюджетных средств городскими больницами и мерией в ходе подготовки к эпидемии с последующим разоблачением их избыточности или нецелесообразности.

Депутаты фракции «Самопомощь» горсовета внесли вклад в борьбу с угрозой эпидемии, опубликовав 18 марта на Facebook-странице регионального отделения партии свой коллективный портрет в медицинских масках. А 21 марта разместили ответ областной больницы по их запросу об обеспеченности этого заведения необходимыми для борьбы с вирусом ресурсами, и констатировали, что «ситуация печальная».

А Юлия Светличная и Игорь Райнин «карантинный» кейс в марте проигнорировали: ни на странице Светличной в Facebook, ни на сайте «ОПЗЖ» о каком-либо их участии в благотворительной или волонтерской деятельности не сообщалось, так же, как и не наблюдалось критики с их стороны «противовирусных» мероприятий власти. Вряд ли это свидетельствует об отсутствии у них намерения принять участие в предстоящих местных выборах. Скорее, следуя привычной тактике Райнина, решили «пересидеть» в тени.

Результаты выборов в 179 округе: «тихий триумф» Юлии Светличной

На фоне всеобщей истерии вокруг «коронавирусной» темы победа Юлии Светличной на промежуточных выборах в 179 округе прошла довольно тихо и не получила масштабного освещения в местной прессе. Дополнительным фактором снижения интереса общественности к ходу избирательного процесса в марте стало снятие с регистрации кандидата от «Слуги народа» Виктории Алексейчук, которое произошло 3 марта.

После этого стало ясно, что результаты выборов предсказуемы, и внимание было приковано не к тому, кто станет победителем, а к тому, не пойдет ли власть на использование админресурса и срыва выборов, а после объявления карантина – состоятся ли вообще выборы и насколько целесообразно их в таких условиях проводить. Впрочем, ЦИК решила выборы не отменять. А для предотвращения возможного заражения издала Постановление № 75 от 12.03.2020 года с рекомендациями окружной и участковым комиссиям, а также облгосадминистрации относительно специальных мер во время голосования: проветривания помещений, пребывания членов комиссий в масках и недопущения скопления людей на участках.

Юлия Светличная одержала убедительную победу с результатом 77,55% (30 194 голосов избирателей). На втором месте с 7,91% оказалась Виктория Пташник (кандидат от «Европейской солидарности»), а на третьем с 3,03% – Татьяна Егорова-Луценко (самовыдвиженка). Таким образом, за Светличную избиратели отдали почти в 10 раз больше голосов, чем за ее ближайшую конкурентку. 24 марта ЦИК на своем заседании официально объявила Юлию Светличную победительницей выборов.

В начале марта высказывались опасения, что областная власть может пойти путем административного вмешательства в ход выборов и даже их срыва. В частности, подозрительными выглядели шаги по замене половины состава ОИК и всех глав райгосадминистраций округа, которые были сделаны за две недели до выборов.

К тому же, одна из кандидаток Татьяна Егорова-Луценко подала «фейковых» представителей в избирательные комиссии по своей квоте. Некоторые информресурсы высказывали предположение, что за ее действиями стоит Алексей Кучер. Центром концентрации месседжей на эту тему стал Telegram-канал «Слобожанский лифтер» (аффилированный, по нашим выводам, с группой Райнина/Светличной). Во время избирательной кампании канал характеризовался резко негативной риторикой в отношении Кучера и обвинял его в многочисленных попытках сорвать выборы, в частности, при помощи Егоровой-Луценко. В подтверждение публиковались фото встречи этой кандидатки с Кучером и его замом Александром Скакуном в феврале в лозовском ресторане. А также сообщалось о приобретении кандидаткой через подставных лиц в конце января автомобиля Porsche Macan за 90 тыс. долларов, на котором ее муж 7 февраля нарушил ПДД в Киеве, за что на него был составлен протокол. К тому же, Кучеру приписывались попытки срыва выборов с помощью местных глав РГА, работников СБУ, а также отправка писем в СНБО и ЦИК с просьбой перенести выборы в связи с карантином, организацию «спектакля» с якобы больным коронавирусом в Краснограде и координации «черного пиара» во время кампании.

Как бы там ни было, инцидент с «фейковыми» представителями комиссий от Егоровой-Луценко получил широкую огласку и разрешился положительно – кандидат заменила их на «настоящих». Однако, Егорова-Луценко уже 13 марта, после объявления карантина, обратилась на своей странице в Facebook к Президенту с призывом перенести выборы в связи с угрозой распространения коронавируса.

Впрочем, ЦИК на эти призывы внимания не обратила и выборы переносить не стала. А дальнейший ход избирательной кампании и ее результаты доказали, что областная власть благоразумно воздержалась от масштабного прямого админвмешательства в процесс. Сами выборы прошли без существенных нарушений, а подсчет голосов – без скандалов.

Результаты выборов в 179 округе показали, что для политической группы Райнина/Светличной наступила «белая полоса». Победа Светличной на выборах была ожидаемой уже после публикации социологического опроса группы «Рейтинг» в конце февраля, и почти определенной — после снятия Алексейчук с регистрации в начале марта. Коронавирусная истерия несколько «смазала» освещение и обсуждение результатов выборов в публичном пространстве. Но «тихий триумф» – скорее характерный и желаемый для Райнина и Светличной вариант, который дает широкие возможности, но не привлекает излишнего внимания к их дальнейшим шагам и планам.

Пока выглядит так, что одной из задач они видят окончательную дискредитацию Алексея Кучера в глазах харьковского электората и центральной власти. Ведь в аффилированных с Райниним и Светличной информресурсах агрессивность риторики относительно Кучера после выборов не угасла, а только выросла. Месседжи формулируются в том направлении, что Кучер некомпетентен, а каждая его инициатива вызывает только смех местных политиков и растущее недовольство в Офисе Президента. Относительно последнего – сообщения достаточно нейтральны, так же, как и по отношению к Кернесу, Фельдману и другим местным политическим конкурентам.

Резюме

По мартовским результатам развертывания «карантинного» кейса можно констатировать, что Алексей Кучер не только потерял удобный шанс привлечь на свою сторону часть местных бизнес-групп (из числа недовольных «старыми» схемами взаимодействия с городской властью) и тем самым укрепить свои политические позиции в регионе, но и в очередной раз вышел из ситуации кризисной коммуникации с оппонентами со счетом не в свою пользу.

«Карантинный» конфликт показал, что харьковскому электорату, как и раньше, импонирует образ «сильной руки» и демонстрация последовательной позиции со стороны «уважаемых людей», а также принятая среди «старых» местных политиков риторика в стиле криминалитета «девяностых». А степень соответствия их «последовательной позиции» интересам общества и эффективного современного управления – пока остаются вне поля зрения. В то же время, сомнения и колебания политиков, публичное признание ими своих ошибок воспринимаются искаженным постсоветским сознанием электората как проявление слабости и вызывают недоверие. Сознательно или интуитивно, Кернес и ему подобные политики эксплуатируют именно такие особенности «подданнической» политической культуры, и на этом пути приобретают имиджевые дивиденды. Ведь большая часть электората не вдается в детали и мотивы действий и высказываний политиков, а обращает внимание, кто убедительнее себя презентует. А в этом плане именно «старые» харьковские политики значительно опережают неопытного губернатора.

Нападки Кернеса на Кучера в марте перешли в открытую агрессивную форму. А после избирательной кампании в 179 округе такая же тенденция наблюдается и со стороны группы Райнина/Светличной. В совокупности, это выступает маркером усиления указанных местных политиков и ослабления позиций Кучера. Не добавит ему уверенности и назначение на должность генпрокурора бывшей конкурентки за губернаторство Ирины Венедиктовой, ведь теперь к его действиям будет приковано внимание подконтрольного ей ведомства.

К тому же, Кучер умудрился разозлить Ярославского, который, учитывая его неоднократно продемонстрированное сотрудничество с Зеленским, мог бы, напротив, стать влиятельным союзником губернатора. Пока выглядит так, что союзниками Кучера, в определенной степени, можно считать Фельдмана, Шенцева и Кожемяко. Но и с их стороны однозначных месседжей относительно этого нет. Зато в анонимных Telegram-каналах распространяется информация, что в Офисе Президента чем дальше, тем больше Кучера считают слабой политической фигурой, а провал избирательной кампании в 179 округе вряд ли подтолкнет Офис к оптимистичной проекции относительно роли нынешнего губернатора в предстоящих местных выборах.

Выборы в 179 округе могут рассматриваться в качестве модели будущих местных, но лишь в определенной мере. Для «Слуги народа» они стали провальными. А учитывая закономерное ухудшение экономической ситуации вследствие карантина, неизбежную критику связанных с этим действий правительства, а также падение рейтинга правящей политсилы и отсутствие сильного кандидата, такая ситуация может повториться в осеннюю избирательную кампанию.

Но и для группы Райнина / Светличной (в случае их решения побороться за пост мэра Харькова или иное представительство в органах власти) триумфальная победа в 179 округе не означает, что их ждет такой же результат осенью. Главным конкурентом здесь будет Геннадий Кернес, а не такие фигуры, как Алексейчук.

Сейчас мэр является активным участником «карантинного» противостояния, а в случае массового распространения вируса в Харькове окажется и в центре «эпидемической» войны за симпатии электората. В то же время, Райнин и Светличная осторожно «пересиживают» в тени. Для Райнина такая тактика характерна и вряд ли изменится. Скорее всего, формат их участия в предстоящих местных выборах будет зависеть от того, с каким рейтингом Кернес выйдет из «коронавирусных» баталий.

Аналитический центр «Обсерватория демократии».

Материал подготовлен в рамках проекта «Promoting Democratic Elections in Eastern Ukraine», который реализуется при финансовой поддержке Национального фонда в поддержку демократии (NED). Содержание публикации не обязательно отражает точку зрения NED и является предметом исключительной ответственности Аналитического центра «Обсерватория демократии».